<<  ВТОРАЯ ПОПЫТКА


Witch


Часть 3.

1.


Огромная, переливающаяся яркими красками вывеска в самом центре делового Коруссанта невольно привлекала внимание.


КЛУБ - КАФЕ
НАТУРАЛ
только у нас
НАТУРАЛЬНАЯ ЕДА И ЖИВОЙ ПЕРСОНАЛ

никакой химии   никаких механизмов   только организмы


Парень в фирменном колпаке и белой курточке с ненавистью покосился на весело приплясывающие строчки и стремительно нырнул за угол, где был черный ход для обслуживающего персонала. Не успел он скрыться за поворотом, как из дверей ресторана выглянула миниатюрная, ярко накрашенная женщина неопределенного возраста.

- Бе-е-ен! Бе-е-ен! Какой сарлак утащил этого паршивца?! Вечно он невесть где шатается.

- Мэм, - вышибала задумчиво почесал кончик носа, - посмотрите на кухне.

- Опять на кухне! Да он съедает в два раза больше, чем зарабатывает! Выгоню! С завтрашнего же дня! Фийе-е-елла!

- Как же, выгонишь, - тихонько, чтобы не расслышала хозяйка, пробормотал страж, - кто ж на тебя еще так корячиться будет... Эй, парень, дуй в шестой кабинет. Я там ночью клиента утихомиривал, теперь надо порядок навести. Скажешь, что с утра там прибираешься. Давай быстрее, пока мадам из подвала не выбралась.

Парнишка пробормотал что-то, похожее на благодарность, и ужом проскользнул в приоткрытую дверь. Рабочий день продолжался. Все как всегда. Разбитая посуда, грязная скатерть, пятна на ковре и портьерах, забитый мусором камин. Остатки еды надо соскрести с тарелок, хозяйка затеяла какую-то живность разводить, значит, в ведро их; мусор и осколки посуды в мусоросжигатель; побрызгать ковер, помыть стены; шторы пойдут в чистку, надо снять; осталось выгрести золу из камина и приготовить растопку. Привычная механическая работа не мешала думать. Он только что вернулся из дому. Что-то неспокойно было с утра на душе, вот и сорвался малыша проведать, и поесть заодно отнес. Но, как оказалось, тревожился он напрасно. У Эни наконец-то прорезался аппетит. Жара нет, значит дело идет на поправку. Хорош учитель! Из-за примитивного пореза чуть ученика не потерял. Сильная потеря крови плюс стресс, плюс отсутствие привычных комфортабельных условий, грязь и полуголодное существование сделали свое дело. Мальчишка едва не загнулся. Но теперь все должно наладиться. По крайней мере приличное питание им на ближайшее будущее обеспечено, а дальше видно будет. Он не собирается торчать в этом заведении до конца своих дней. Не может быть, чтобы они не смогли устроиться попристойнее, с их-то способностями. Внезапный удар по спине и ниже резко вернул его к реальности. Перед ним, сжимая в руках скрученное жгутом полотенце, стояла разъяренная хозяйка.

- Ты что, прятаться от меня вздумал?! Да я... - она осеклась на середине своей гневной тирады, наткнувшись на неожиданно яростный взгляд такого обычно спокойного и услужливого паренька.

- Никогда больше так не делайте...

Это было сказано тихо, но настолько выразительно, что женщине внезапно стало жутко. Дети не могут так говорить и так смотреть. Из светлых немигающих глаз на нее повеяло смертью. Она попятилась.

- Да ты что, Бенни... Что случилось-то?

- Хоть я и пашу на вас, как банта на извозе, я - не животное. Не смейте меня бить.

- Да ладно тебе, я же любя, по-матерински.

- Лучше бы вы свои чувства как-нибудь по другому выражали.

- Например?

- Например, вы могли бы мне и платить хоть что-то.

- А ты, оказывается, нахал, - у нее отлегло от сердца, - мы же ясно договорились. Или ты здесь питаешься, или получаешь зарплату.

- На те деньги, которые вы мне предлагали, невозможно даже еду купить.

- А доедать с тарелок - ниже твоего достоинства. Гордость - непозволительная роскошь для нищего. Хочешь быть гордым, плати. Вот так-то, мой мальчик. И хватит об этом. Мы через час открываемся, а нижний зал до сих пор не убран. Тряпку в зубы и вперед! Кабинетами вечером займешься. Во время ланча редко кто уединяется. И поторопись. Надо еще в космопорт за свежими продуктами сгонять. И спидер починить. Вчера какой-то пьяный дурак чуть не сверху припарковался. Все понятно?

- Да, мэм.

- Вот и отлично. Кстати, колпак совсем необязательно носить постоянно. Держи под рукой и надевай, когда с продуктами возишься, чтобы потом твои локоны никто из супа не вылавливал. Снимай, снимай. - женщина небрежно сдернула с него шапку и от неожиданности замерла с раскрытым ртом. - Что это значит... Ты зачем голову побрил? Такой был красивый мальчик.

- У меня возникли кое-какие проблемы.

- Клиенты пристают? Так ты вроде уже не в том возрасте... староват. Тебе сколько? Восемнадцать?

- Скоро двадцать.

- Тем более. И вообще, не проще ли нашего громилу позвать, чем из себя урода делать. На тебя же смотреть страшно. Череп с глазами. Увидит кто, подумает, что я тебя тут голодом морю. Сарлак с ней, с уборкой. Топай на кухню. Фийелле велено присмотреть, чтобы ты сам все съел, без дураков.

- Мэм?

- А то я не знаю, что ты свой пай кому-то носишь. Будешь термос по вечерам брать, чтоб теплое донести, понял?

- Спасибо, мэм, я отработаю...

- Нужна мне твоя отработка...- она презрительно хмыкнула и подтолкнула Бена к двери, - давай, топай.

- Но... почему?

- Гордый ты, а я гордых люблю. Вот только в жизни они редко встречаются, видать не выживают. Ладно, хватит сентименты разводить. Убирать за тебя все равно никто не будет. Иди, иди, хотя, постой. Скажи, кого подкармливаешь? Девчонку?

- Брата... младшего...

- Ах, бра-а-ата. Ну беги, ешь и за работу.

Хозяйка проводила взглядом потрепаный грузовоз и резко повернулась к охраннику:

- У тебя когда смена заканчивается?

- Через час.

- Прекрасно. Мне надо, чтобы ты наведался в полицию и проверил, нет ли там чего-нибудь на нашего красавчика Бенни.

- Но, мадам! Меня же никто к файлам не допустит!

- А кто мне говорил, что у него знакомые в полиции есть? Цену набивал?

- Ну почему же, - охранник даже обиделся, - я ведь в транспортном отделе работал. У меня там много друзей осталось, но они розыском не занимаются.

- А ты пошевели немного тем, чем люди обычно думают. Если на розыск преступника разнарядка вышла, описание прежде всего в транспортную полицию поступает. Вот и расспроси бывших коллег к кому им присматриваться велено и почему.

- Ладно, сделаю. Вот только... чего это вы на парня взъелись? Вполне приличный юноша, я бы даже сказал, что из хорошей семьи. Работает честно, не ворует, что по нынешним голодным временам большая редкость, приветливый, проворный. Что вам еще надо?

- Угу... С таким акцентом, да из хорошей семьи! Теперь понятно, почему тебя из полиции попросили. Нет у тебя чутья, дорогуша.

- Ну, знаете ли, мадам, я все-таки не филолог. Как по мне, так он вполне прилично общегалом владеет.

- Скорее всего, он не менее прилично еще на одном языке говорит. На хаттском. А хатты и добропорядочность малосовместимы. Так что паренек наш совсем не такой, каким казаться хочет. Уж слишком хороший. Только вот я сегодня ему случайно в глазки заглянула, так после этого весь свой запас сердечных капель извела. А я ведь не изнеженная барынька, жизнь по мне дубинкой не один раз приложилась. В общем, если наш мальчик в розыске по мокрому делу окажется, я совсем не удивлюсь.

- Ох, не дело вы задумали...

- А я ничего пока и не задумала. Мне просто знать надо, что за люди на меня работают. Понял? Тогда вперед. Завтра расскажешь, что удалось накопать. И смотри, в полиции не проговорись, кем и для кого интересуешься. Мне только облавы для полного счастья не хватало.


2.

Откуда-то сверху послышался приглушенный свист и звук шагов. Эни прислушался. Посетитель насвистывал имперский марш. Значит свои. Он засунул нож в карман и полез разбирать противокрысиную баррикаду, прикидывая, что на этот раз притащил учитель. Ответ шлепнулся прямо ему на голову. Сапоги. Почти новые черные сапоги из мягкой, тонко выделанной кожи. Безумно дорогая вещь. Следом, сквозь проделанный проход, легко проскользнул и сам Оби-Ван. Раньше это занимало у него намного больше времени и сопровождалось недовольным ворчанием. Или дыра расширилась, или учитель похудел. Эни окинул его заинтересовано-оценивающим взглядом. Что, разумеется, было тут же замечено и не осталось без комментария:

- Я невкусный.

- Откуда ты знаешь? Пробовал?

- Предполагаю. Исходя из степени жилистости.

- Может проверим? - Эни вытащил ножик и демонстративно помахал им в воздухе.

- Не стоит. У меня есть кое-что получше.

Из-за пазухи появился термос, бутылка с водой, какая-то коробка и банка очищающего порошка. И как все это хозяйство там помещалось, уму непостижимо. Он с наслаждением умылся и набросился на еду, искоса поглядывая, чем занят учитель. Тот, пристроившись на ящике, раскрыл коробку, вытащил оттуда сигареты и с видимым наслаждением закурил. Эни чуть не подавился.

- Ты что, куришь?

- А почему это тебя так удивляет?

- Но джедаи не должны употреблять наркотики!

- Может быть мне и чай с кофе не пить? Кстати, в кодексе о курении нет ни слова.

- Причем здесь кодекс! Это же просто вредно.

- Ага. Жить вообще вредно.

- Видел бы тебя Квай-Гон.

- Можешь не переживать, он видел.

- И что? Ничего не сказал?

- Ооо! Он не только сказал, он еще и выдрать меня пытался. Впервые в жизни.

- Интересная, наверное, сцена была. Жаль, что меня там не было...

- Не знаю, мне трудно судить. Я тогда не столько зрелищность картины оценивал, сколько следил, чтобы меня за ногу с люстры не стащили. Ну и вещать не забывал. О вреде телесных наказаний для растущего организма.

- А кто мне потом уши чуть не оборвал?!

- А кто тебе не давал удрать?

- Сбежишь от тебя, как же... Кстати, ты похудел, или мне мерещится?

- Какой интересный логический переход.

- Не увиливай.

- Ты каким тоном с учителем разговариваешь?!

- Послушай, Оби-Ван, не придирайся, а? Я тут, можно сказать, извелся. Учитель на глазах тает, а я ничего не могу сделать.

- Ну-у-у, эт... ну, не знаю, что и сказать...

- Учитель!

- Ладно. Дело в том, что я, кажется, подрос. Штаны, вон, совсем короткими стали. Ну а при этом обычно худеют. Сам знаешь.

- Подрос? В твоем возрасте? Тебе лет-то сколько?

- Девятнадцать.

- Как девятнадцать?! Не может быть. Мне анализ делали, на возраст. Пятнадцать лет получилось. А ты на пятнадцать лет меня старше. Значит должно быть тридцать. Нас же в один агрегат загрузили, значит омолодиться мы одинаково должны были. Элементарная арифметика.

- Арифметика... Ты лучше возьми фонарик и внимательнее меня рассмотри, если до сих пор не удосужился. Похож я на тридцатилетнего, или нет.

- Откуда мне знать, как ты без бороды выглядеть должен. Она же сильно старит. Я и подумал, что все нормально. А тебе возраст правильно определили?

- Три раза перепроверяли.

- Как же такое могло случиться?

- Не знаю, я в этой технике не разбираюсь. Квай-Гон говорил, что у нас с тобой слишком сильная эмоциональная связь оказалась. Не стандартная: ученик-учитель, а какой-то новый вид. Вот ты и сыграл роль катализатора. Им пришлось срочно процесс останавливать, чтобы из меня младенец не получился. Тебя ведь планировали до пяти лет обновить.

- Хорошо, что не получилось... Послушай, так это что же выходит, мы теперь почти ровестники? А я удивлялся, почему мне с тобой ладить легче стало. Теперь понятно. Ну, хорошо, с первым вопросом разобрались...

- У тебя их еще много? А то спать хочется.

- Только два. Почему ты побрил голову, и где взял обувку? Отвечать можешь в любом порядке.

- Умеешь ты... интересные вопросы задавать.

- А как же. Не забывай, кем я работал, и как долго. Так откуда сапоги?

- Из фонтана.

- ...?

- Да ничего особенного. Какой-то придурок решил на площади возле Сената в фонтане выкупаться. Ну и, естественно, разулся перед этим. А тут полиция. Они загребли любителя водных процедур, а я прихватил сапоги. Не пропадать же добру. Тем более, что это явно твой размер.

- У меня носков нет.

- Мои возьмешь, они безразмерные. И нечего принюхиваться. Я, как сапогами разжился, так сразу же и носки постирал. В том же фонтане.

- А полиция?

- Полиция за пол часа два раза по одному и тому же месту не ездит.

- А ты, значит, на босу ногу сапоги носить собираешься?

- Зачем? Порву майку на портянки.

- Портянками только ноги собьешь.

- Малыш, нам в сельхозкорпусе нерфовые сапоги не полагались. Там такое выдавали, что поневоле научишься портянки правильно наматывать. Так что, не переживай. Это еще не самая страшная проблема.

- Что случилось?

- Меня разыскивает полиция.

- Так... Только без паники. Что-нибудь придумаем. Итак, во-первых, ты уверен, что разыскивают именно тебя, или это совесть в очередной раз взыграла? Портрет видел?

- Портрета нет.

- Хорошо. Имя?

- Имени тоже нет. Только описание.

- Совсем хорошо. Я, в свое время, пытался тебя описать, тоже для розыска, так пришлось изрядно помучаться. Давай описание, посмотрим, насколько это ты.

- Вот...

- Тэк-с... Из какого, интересно, освежителя ты изъял сие творение?

- Со стенда. Возле полицейского участка.

- Ну-ну... Если это официальная бумага, то непонятно, как они вообще хоть кого-то ухитряются отлавливать. Хотя, для нас это не столь важно... Итак, что же мы имеем? Не старше девятнадцати лет. Кроме тебя, подходит половине населения Коруссанта. Шатен... угу... пока голову не побрил, был рыжим.

- Сам ты рыжий!

- Не-а, я блондин. Глаза... Если ты серьезно считаешь, что этот бутылочный цвет можно считать ярко-синим, то у тебя проблемы с цветовым восприятием. Рост... Так это ты с перепугу подрасти решил? Не поможет, все-равно подходишь. А вот сложение у тебя скорее костлявое, чем крепкое.

- Костлявого сложения не бывает, есть хрупкое.

- Из нас двоих, хрупким можно назвать меня, а ты именно костлявый. Не мешай. Я работаю. - Эни, прищурившись, осматривал учителя. - Ну, что можно сказать... Маскироваться ты умеешь. Молодец, что голову побрил. Рыжие волосы в глаза издали бросаются. А теперь, что увидит полицейский? Полицейский увидит тощего парня с глазами голодной кошки. Такой может ограбить продуктовую лавку, но на общегосударственный розыск не тянет. В общем, я не думаю, что это описывали тебя. Напрасно всполошился.

- Ты не посмотрел на обороте.

- А что у нас на обороте? Особые приметы: крупная родинка над правой бровью, ближе к переносице. Есть такая... Так в чем дело? Вот ножик, давай отрежем. Получится аккуратный такой шрамик.

- Не лезь!

- Красоту попортить боишься? Ты меня, между прочим, намного сильнее украсил. И ничего, живой остался.

- То-то я смотрю, что ты все норовишь от меня хоть что-нибудь отрезать! Отыграться решил?

- Обязательно... А если серьезно, то родинку, конечно, трогать нельзя. Сразу вопросы возникнут: что на месте шрама было, и почему от него избавились. Это только внимание привлечет. Значит, остается держаться подальше от патрулей и не ездить в общественном транспорте. А издали никто твоей особой приметы не заметит. Смотрим дальше... Инкриминируется попытка проникновения в президентский дворец. Да, это серьезно.

- Ты еще посмотри, кем подписано.

- Насколько я знаю, такие бумаги начальник полиции подписывает, а в особых случаях министр юстиции.

- Правильно. А эта бумажка подписана лично госпожой Президентом.

- ....!

- Именно. Ты продолжаешь считать, что к нам это не имеет отношения?

- Скорее всего имеет... И... Не нравятся мне эти ярко-синие глаза. Примета резко выпадает из твоего описания. Как будто описывали одного человека, а имели в виду другого... Кстати, что там твои знаменитые предчувствия говорят?

- Что спать пора.

- Ты что, серьезно?!

- Абсолютно. Ты после болезни еще слабый, а нам завтра предстоит укрытие новое искать. В руинах, скорее всего, будет проведена облава. Так что набирайся сил перед выходом наверх. Неизвестно, когда отдохнуть придется.


3.

- Учитель, вставай! - Эни энергично потряс Оби-Вана за плечо и еле увернулся от пинка. - Да, просыпайся же ты, сонная вомпа, облаву проспишь.

- Облавы имеют место быть или не быть независимо от нашего состояния, - глубокомысленно изрек Кеноби и перевернулся на другой бок.

- А если я тебя вот так... - мальчик зажал учителю нос, предусмотрительно держась подальше от его ног, и тут же отлетел к стенке, отброшенный волной Силы. - Эй, полегче, ты мне чуть кости не переломал.

- Извини, я со сна плохо соображаю... Сильно ушибся?

- А, ерунда, - мальчик пренебрежительно махнул рукой, с интересом рассматривая свежепроснувшегося учителя. - Лучше скажи, как ты ухитряешься выглядеть взъерошеным, не имея на голове ни единой волосинки?

- Если ты меня разбудил для того, чтобы задать этот вопрос... - в голосе Кеноби послышалось с трудом сдерживаемое раздражение.

- То ты предоставишь мне возможность об этом пожалеть, - радостно закончил за него Эни. - Я тебя очень прошу, перестань принимать меня за юного недоумка. Если я несколько неадекватно себя веду, так это, большей частью, из-за возможности свободно дышать и двигаться. А мозги мне, к твоему сведению, никто не промывал. Будь любезен, учитывай это на будущее.

- Учту, милорд. Так что же Ваша Темность пожелала со мной обсудить посреди ночи? - сухо поинтересовался Кеноби.

- Оби-Ван, я же совсем не это имел в виду!

- Да ну, неужели? А помоему, ты вполне определенно потребовал, чтобы я относился к тебе, как к Дарту Вейдеру, получившему в распоряжение новое тело. Ты только забыл, мой мальчик, что к этому ситху я питаю вполне определенные и далеко не дружеские чувства. И если я признал, что виноват в том, что из тебя выросло, то это не значит, что я тебя простил. Понял? Я принял к сведению, что ты уничтожил императора, я постарался себя убедить, что ты переродился, что я имею дело уже совсем с другим человеком. Мне это практически удалось. И тут ты очень кстати тычешь мне в глаза незатронутость твоего сознания. Очень умно!

- Ты хочешь сказать, что все это время лицемерил? Что тебе на меня глубоко наплевать, а вся эта забота - чисто джедайская благотворительность? В таком случае, объясни мне, дорогой джедай-мастер, зачем же ты тогда взрыв на лестнице устроил? Из любви к кровавым шумовым эффектам?

- Я испугался...

- Чего?! Что шлепнули ненавистного тебе ситха?

- Ты не понимаешь, - его голос опустился до сдавленного хриплого шопота, - у меня когда-то вот так же на руках Квай-Гон умер... Второй раз я бы этого не перенес.

- Да... глубина твоей логики просто потрясает. С одной стороны, я тебе ненавистен, с другой - значу для тебя почти столько же, сколько и любимый учитель. Уникум ты мой!

- Чувства не могут быть логичными.

- Чувства не могут, а человек должен. Что я тебе азбучные истины втолковываю! Ты и сам все это прекрасно знаешь. Ну, посмотри мне в глаза и еще раз скажи, что ты меня ненавидишь.

- Не могу...

- В таком случае, нечего было это утверждать. Все! Закончили сопли разводить. Если мы собираемся выбираться на поверхность, надо придумать кто мы, что мы и зачем. За этим я тебя, собственно, и разбудил. На случай, если попадем в лапы полиции, у нас должна быть четкая легенда. Идеи есть?

- Первое, что напрашивается, - мы с тобой братья. Типаж подходящий. Мы оба светловолосые, с белой кожей и светлыми глазами. Вполне можем сойти за родственников.

- Ты уверен?

- В чем?

- В том, что у нас общий отец.

- В каком смысле?

- За что люблю джедаев, так это за их непосредственность! Не знаю, как там у других существ, а у человека всегда двое родителей: отец и мать. Надеюсь, об этом ты слышал?

- А при чем здесь это?

- При том, что матери у нас точно разные, а вот про отца утверждать то же самое я не могу. Ты пойми меня правильно. Мне абсолютно все равно, кто твой отец, но если нас проверят на степень родства и окажется, что общих генов мы не имеем, объяснять, почему мы назвались братьями будет поздно.

- Можешь не переживать, у нас вполне достаточно общих генов, чтобы претендовать на близкое родство.

- Погоди, погоди, ты что же, на самом деле мой брат?!

- Скорее кузен. А почему это тебя так волнует?

- Как же так... Получается, я собственными руками брата убил...

- Какая разница, брата или кого-то другого? Важно, что убил. При чем здесь родственные связи?

- Замолчи... Замолчи, или я тебя еще раз убью! Медленно... долго... и с наслаждением.

- Да объясни ты мне, в конце концов, чего ты так завелся? Я же тебя тоже убить пытался и ничего, не переживаю.

- Ты хотел меня убить, зная, что мы братья?

- Ну и что? Я знал, что ты предал меня и уничтожил Орден. Этого вполне достаточно. Неужели наличие каких-то общих генов может служить оправданием?

- Да... Теперь я начинаю понимать...

- Очень рад, что у тебя в голове пряснилось. Хотелось бы только знать, что именно ты понял.

- Я понял, почему старый орден надо было уничтожить... Ну, что уставился? - Эни зло вскинул голову. - Не ожидал? Давай, беги в полицию, расскажи им, что здесь Лорд Вейдер прячется. Тебе живо все грехи отпустят. Еще и кредов подбросят!

- Да ну, сколько там в полиции заплатят. Они же на строгом бюджете. Я уж лучше тебя в публичный дом продам. Хорошенькие мальчики, как мне говорили, очень прилично стоят. Куплю себе документы и осяду где-нибудь в уютном месте. Подальше от всяких психопатов.

- Головушкой стукнулся?

- Я - нет. А ты, если не заткнешься, сейчас стукнешься. И не один раз. Я все эти милые высказывания в свой адрес терплю только потому, что сам напросился. Не надо было с тобой разговор о родственниках затевать. Я совсем забыл, как много значит для тебя семья. В конце концов, ты ведь так и не стал настоящим джедаем. Так что, давай, не будем ругаться. Все равно мы друг друга не поймем. Только время зря теряем.

- Да, теряем... и голова что-то совсем не соображает...

- Шок. Поспать тебе надо, - Кеноби попытался обнять парня за плечи. - Извини, ладно? Я совсем не думал, что тебя это так потрясет.

- Отстань. А то еще ненароком какую-нибудь новую гадость скажу, - Эни встряхнул головой, приводя мысли в порядок. – Значит, мы братья, хорошо. А откуда мы, и как нас зовут?

- Мы с Татуина. Это единственное место, которое мы одинаково хорошо знаем. Сюда прибыли нелегально, поэтому нет документов.

- Татуин - это правильно. Вряд ли у них есть новые регистрационные списки, а в старых значится некий Бен Кеноби. Мы можем быть его родственниками.

- Не жалко фамилию менять?

- Представляешь, что здесь начнется, если я свое настоящее имя назову.

- Да, Люк, кажется, очень популярен. Хороший мальчик... и талантливый.

- Гм... мальчик... Ему сейчас лет тридцать, если не больше. Кстати, я ведь, наверное, поблагодарить тебя должен за то, что за мальцом присмотрел. А заодно и морду набить. За правдивый и честный рассказ сыну об его отце. Малыш ведь твою лапшу с ушей очень упрямо снять отказывался.

- Не отвлекайся. Люк меня простил, а твое мнение на эту тему меня мало интересует. Давай лучше с именами разберемся. Я уже кое-где известен как Бен, значит нет смысла выбирать другое имя. Да и тебе лучше прежнее оставить. Нет времени к новому привыкать. Кстати, не вздумай меня Мастером называть, могут неправильно понять. И Силой нам пользоваться нельзя. Если засекут, не оправдаемся. Мы же не ученики Люка, значит ничего похожего уметь не должны. И... - он внезапно осекся и пробормотал. - Разорви меня ранкор! Только этого не хватало. Кажется, нам вообще нельзя попадать в полицию.

- Почему же?

- Потому что охотятся они, похоже, совсем не на меня. Им нужен темный форсъюзер. Причем, с одной стороны, достаточно сильный, чтобы использовать шаровые молнии, а с другой, хорошо знакомый с планировкой дворца. В их распоряжении наверняка имеется база данных Империи, а ты там изрядное количество крови оставил. Провести анализ догадается даже самый тупой полицейский.

- Но Вейдер умер. Люк может это засвидетельствовать.

- Люк... Точно! Люк! Он же тебя без маски видел. Отсюда и ярко-синие глаза на моем описании появились. Тебе же самому этот момент странным показался.

- А почему вообще тебя описали, если им я нужен?

- Просто свидетели тебя не запомнили. Ты же сразу упал. А то, что взрыв - дело моих рук, понять было несложно. Вот и описали. Послушай...если я прав, нам надо немедленно уносить ноги. Облаву будут проводить по всем правилам и, скорее всего, не полиция, а военные подразделения и армейская разведка. Если они нас засекут, шансов скрыться не будет.


- Госпожа Президент никого не принимает! - золотистый протокольный дроид безуспешно пытался преградить дорогу невысокому человеку в потертом кителе.

- Меня примет!

- Она сделала насчет вас, генерал, особые распоряжения!

- Тем более. Уйди Золотник, а то отключу!

- Я уступаю грубому насилию, но считаю своим долгом предупредить вас, что Ее Превосходительство будет очень недовольна!

- Переживу!

Генерал резко распахнул дверь и ворвался в рабочий кабинет президента Новой Республики.

- Лея! Как это понимать! Почему меня назначили возглавлять полицейскую операцию?!

- Ведж, закрой дверь, сядь и внимательно меня выслушай. Ты знаешь, что на меня было совершено покушение? Служба безопасности считает, что за этим всем стоит Вейдер.

- Он же умер!

- Кеноби, в свое время, тоже умер, что не помешало ему продолжить обучение Люка. С этими джедаями никогда ничего не знаешь наверняка. Но в данном случае предполагают, что действовал клон, и что ему не удалось покинуть Коруссант. На эту ночь назначена общегородская облава. Трущобами давно надо было заняться всерьез. Полиции не под силу проведение подобной операции. Поэтому ее и поручили армии.

- Но я же пилот, а не мусорщик!

- Ведж! Ты единственный человек из армейских генералов, которому я абсолютно доверяю.

- Я польщен, но...

- Только тебе я могу сказать, на кого на самом деле ведется охота, зная, что ты мне поверишь, не перепугаешься, не продашь информацию в бульварные газеты и не попытаешься уничтожить Вейдера, если его удастся поймать.

- Почему ты хочешь сохранить ему жизнь? Для показательного процесса?
- Это совсем молодой клон. Он может ничего вообще не знать о преступлениях своего прототипа. Если это новая самостоятельная личность, он имеет такое же право на существование, как и любой из нас.

- А если нет?

- Вот это ты и должен выяснить. Я очень на тебя рассчитываю, Ведж. Помоги мне, пожалуйста.

Дальше

Назад


  Карта сайта | Медиа  Статьи | Арт | Фикшен | Ссылки | Клуб | Форум | Наши миры

DeadMorozz © was here ™