<<  Кос Палпатин, набуанский сенатор


Jamique


Сенатор Палпатин с внимательной вежливостью разглядывал спину канцлера Валорума. Пурпурную спину с богатой вышивкой. Его нынешнюю одежду. Это ничего. Иногда канцлер одевался в нежно-лазоревое.

Великий канцлер Республики стоял лицом к окну и созерцал красоты Корусканта. Которые по факту своего рождения он созерцал всю жизнь. Так что он или патриот, и ему это не надоело, или он так собирается с мыслями.

Наиболее вероятен третий вариант: проверка на вшивость. Поскольку вызвали его совсем не просто так.

Что ж. Не будем мешать великому канцлеру думать. Нам тоже есть чем заняться.

Валорум смотрел в окно, а Палпатин созерцал спину Валорума. Тоже интересное зрелище. Любая спина имеет своё выражение точно так же, как и лицо. Надо только уметь читать.

-Простите, сенатор, - канцлер повернулся к нему. – Я не хотел быть невежлив.

Очень даже хотел, хладнокровно подумал Палпатин. И у тебя это даже получилось

-Что вы, ваша светлость, - вежливо ответил он. – Я и не думал.

-Садитесь, прошу вас, - Валорум показал ему на кресло. – Разговор будет долгим, - и улыбнулся.

Что-то ты темнишь, философски подумал Палпатин, устраиваясь в кресле. Хотя я, конечно, знаю, зачем ты меня пригласил. Всё-таки десять лет самоотверженной работы по плетению интриг и подставливанию элегантных подножек бывшим лучшим друзьям по Сенату не должны оставаться без награды. Господин канцлер должен был наконец как-то отреагировать. Или поставить подножку мне. Или счесть достаточно ценным и достаточно безопасным для того, чтобы стать приобретением для… Для чего?

Что даст это приглашение? Заранее просчитанные варианты – или потянет за собой какую-то новую цепочку?

-Сенатор, - Валорум сел напротив него и светски ему улыбнулся. Светская улыбка – это когда губы растягиваются, но остаются холодными глаза. Совершенно нормальное лицо профессионального политика.

Сенатору Палпатину завидовали в том, что тот умел искренне улыбаться. Так, что улыбалось всё лицо. Каждый лучик морщинки около глаза. Сами глаза. Таким образом было совершено невозможно понять, лжёт ли он или говорит правду.

Палпатин сейчас не улыбался. Он внимательно и серьёзно смотрел на человека перед ним. И выражение глаз его были настроено соответственно моменту.

-Сенатор, - Валорум соприкоснул пальцы рук между собою. – Думаю, вы знаете, зачем я вас пригласил к себе.

В какой-то немыслимый миг озарения Палпатин понял, что все заготовленные банальные и не банальные фразы не подходят. Нет, подходят, но – но не так, как:

-Что вы, - сказал он. – Я не джедай, - короткая усмешка.

Это сочетание смысла и интонации, которая тоже стала смыслом. Взгляд глаз, тембр голоса. Никакой силы. Только взгляд глаз. Тембр голоса. Интонация.

Валорум быстро посмотрел на него. Сквозь холод глаз проглянуло цепкое любопытство. Сенатор Палпатин, похоже, наступил на канцлерскую больную мозоль. Или задел скрытый парадными одеждами обнажённый нерв этого человека. Или кое-что побольше.

-Да, - сказал Валорум. – Джедаи.

На эту реплику Палпатин счёл нужным промолчать. Только взглянул с ненавязчивой выжидательностью хорошего ученика: учитель, вы что-то ещё скажете? Или это всё, что вы считаете нужным сказать своему ученику?

Тренинг ситховской жизни помогал порой неимоверно.

-Джедаи, - повторил Валорум. – Хранители Мира и Порядка. Оба понятия с большой буквы.

-Живым существам нужна религия, даже если они её отрицают, - спокойно заметил сенатор Палпатин. – И даже если отдельные члены сообщества а-религиозны, в целом почти любое сообщество обязательно находит закон или принцип, которому может служить. Хотя бы в лозунгах.

-Например, - аккуратно сказал Валорум, - принцип демократии.

-Да, ваша светлость, - кивнул Палпатин. – Или принцип монархии – какая разница? Главное, убедить основную массу в том, что этот принцип благ. И принесёт им благо. Материальное в том числе.

Валорум улыбнулся. На этот раз его улыбка не была светской.

-Думаю, внешние территории, Набу в частности, считают Центр кучкой планет, жадных до власти, - сказал он Палпатину. – Сложившаяся властная структура сложилась ещё давно, когда внешние территории были всего лишь зоной возможной колонизации. Обстановка изменилась, а захватившие власть планеты центрального сектора так и не соизволят подвинуться и пропустить в свои ряды представителей внешних регионов. Так?

-Господин канцлер, - ответил Палпатин спокойно, - ребёнку, чтобы войти в круг взрослых, надо прежде самому стать взрослым. И показать это остальным. До той поры все его претензии будут просто абсурдны.

Валорум внимательно взглянул на собеседника и аккуратно кивнул.

-Набу выросла, - сказал он.

-Сектор фактического влияния Набу вырос.

-Это я и имел в виду, - Валорум внимательно разглядывал хрупкого сенатора перед собою. Такой укусит – всю жизнь инвалидом будешь. Уровень опасности его велик. Знает ли он, столь небрежно сидящий напротив, что численным перевесом в один голос их внутренний совет решил не устранять его, а привлечь к сотрудничеству? Причём это был его голос.

Наверно, знает. Не дурак. Вокруг него за десять лет не так редко пропадали новые амбициозные сенаторы. В основном совершенно прилично. То с семьёй что-то было не в порядке, то со здоровьем. Несчастных случаев было только два, да и то второй – банальное самоубийство на почве неразделённой любви. Попал наверх – точи зубы. И умей сопротивляться. И умей укусить в нужный момент. Конечно, он знает. Любой умный политик знает, чем он рискует, пробираясь наверх.

Главное, что склонило Валорума к выбору союза с этим человеком – то, что тот поднимался вместе со своим сектором. Пытался не политическим влиянием вытащить наверх свой регион, а растущим влиянием своего региона зарабатывал себе вес и значимость. И это ведь долговременная политика. Набуанцы не постеснялись даже в обход всех традиций на один из сроков выбрать короля в ряду королев. Средних лет мужчину среди девчонок. Умного политика среди марионеток.

Он даже не сомневается, что сенатор Палпатин приложил к этому руку. Что он – представитель мощной и хорошо организованной группы набуанских политиков, которые так или иначе выведут свою планету и её сектор на большую межгалактическую арену.

Это и побудило его самому пойти навстречу. Стать союзником сейчас – таким образом дать себе возможность контролировать этого человека. И сектор за его спиной.

А тут ещё его интересная оговорка о джедаях. Надо будет это тоже проверить. Если они окажутся союзниками в этом вопросе…

-Это я и имел в виду, - повторил он. – Ваш сектор приобретает влияние и вес. И союз центральных секторов с удовольствием примет в свои ряды полноправного партнёра.

Палпатин кивнул. И только. Со спокойной благодарностью человека, чьи заслуги были оценены по достоинству. Сенатор-то знал, что это их равноправное партнёрство невозможно. Молодое агрессивное Набу сейчас будет гигантскими скачками расширять свою зону влияния. И неизбежно наткнётся на одну из зон влияния центральных планет. Галактика-то давно почти вся поделена.

Валорум это знал тоже. Им придётся как-то выворачиваться. При условии, если каждый получит при этом свою выгоду. Или поменяет баш на баш. Обмен взаимными уступками и взаимными услугами.

А что, если…

Валорум изучал человека перед собой. Да, полноправное партнёрство – мечта, фикция или глупость. Галактика поделена. Но он с удовольствием уступит Набу ту часть галактики, которая принадлежит партнёрам, слабеющим или начинающим быть опасными. Если союз окажется выгодным. Если Набу тоже сможет ему что-то дать. Набу и её сенатор. Его оговорка. А что, если…

-Сенатор, - нейтральным тоном спросил Валорум, - а если между нами, и совершенно в отрыве от политики – как вы относитесь к джедаям?

-В отрыве от политики ничего не бывает, - сказал сенатор. – А к джедаям я никак не отношусь, - переждав мгновение некоторой гримасы на канцлерском лице, добавил: - Я не форсьюзер.


Одной фразой он сказал всё, что хотел. Канцлера пробрало восхищение пополам с дрожью. А не слишком ли серьёзный противник?.. Впрочем, он никогда и не казался дураком.

“Форсьюзер” – это был сленг. Калька с одного из когда-то распространённых в одном из секторах языков. “Использующий Силу” дословно. Но изначальный смысл обогатился интонацией. Сам язык забыт и не используем. Термин перешёл в общегал и означал собой пренебрежение.

Форсьюзеры! Одарённые. Храм одарённых. Сборище форсьюзеров. Форс, майд-трик, форс-грип, форс-мажор, честное слово. Чокнутики какие-то. Непонятные, немного свихнутые. С Силой, видите ли, говорят. Не от мира сего, сидят там, к чему-то прислушиваются, впрочем, у ребят неплохие лазерные палки, и правильно их привлекают к делу – пусть пользу приносят, а не Силу свою слушают!

Форсьюзеры.


-Я не форсьюзер.

-Я тоже, - кивнул Валорум и усмехнулся. – Хотя обо мне ходит мнение, что я страстно хотел, чтобы в моей семье родился кто-то подобный. И жалею, что не родился таким сам.

Канцлер смотрел на сенатора, а сенатор – на канцлера.

-Забавная сказка для младшего школьного возраста, - сдержано ответил сенатор.

-Слухи, не более, - небрежно ответил канцлер. – А слухи и рассчитаны на отдалённую аудиторию. И чем больше она отдалена…

Он сделал паузу. Палпатинв в неё ничего не вставил.

-Вот уже официальную тысячу лет Республика вынуждена за неимением собственных вооружённых сил использовать для этого дела джедаев, - сказал Валорум. – Это было единственным выходом. Поскольку Республика как таковая была всего лишь наполовину добровольным союзом разрозненных секторов и планет. Перед лицом тотальной и всеобщей войны без возможности чьей-либо победы. Но теперь галактика и галактическая Республика входят в новый этап, - канцлер Валорум взглянул на Палпатина. – Сами видите не хуже меня. – Неизбежно наступит момент, когда общая и органическая разрозненность планет и секторов будет преодолена. Конфедеративное устройство Республики скоро станет не нужным. Оно уже не нужно. Форма осталась, суть трансформируется. Скоро трансформируется и форма.

Сейчас мы стоим перед дилеммой. Или раздел Республики на несколько корпораций. Или сильная центральная власть. Я хочу сказать, это два реальных исторических возможности, открытых перед нами.

Сенатор от Набу вежливо кивнул.

-Всё это вы знаете и без меня, - махнул Валорум рукою. – Я говорю вам об этом в контексте очень важной проблемы. Джедаи. Джедаи опасны.

-Я знаю, - ответил Палпатин с той же интонацией, с какой ответил бы на заявление о том, что опасна ядовитая змея.

-Их способности сложно контролировать.

-Конечно, - а сейчас это был отсыл к тому, что у каждой ядовитой змеи в основании зубов есть резервуар с ядом.

-Их массовое скопление мы вынуждены терпеть, - тон Валорума был сух. – В своё время они оказались практически незаменимым оружием против таких же, как они. Честно говоря, не знаю, чем бы кончилась великая гиперпространственная война, если бы часть одарённых не перешла на службу государству.

-Она кончилась бы полным истреблением одарённых, - мило улыбнувшись, ответил Палпатин. – Не стоит преуменьшать мощь технических достижений. Никакой… эээ – майнд-трик – не выдержит соперничества с примитивным взрывам протонной торпеды. Если бы государство вынудили на это – государство положило конец существованию одарённых. Да, при больших потерях, которые удалось избежать. Но когда есть выбор между тем, что тебя уничтожат и что уничтожишь ты – промежуточные стадии потерь как-то перестают приниматься в расчёт, не так ли?

Ещё один хороший навык из ситховской практики.

-Да, - Валорум снова соприкоснул пальцы на обеих руках, затем развёл их. – Тогда джедаи нам помогли. Тем самым оправдав своё существование.

-Купив себе жизнь, - вскользь заметил сенатор.

-Да, - Валорум неприятно усмехнулся. – И они это знали, конечно. Иногда мне хочется вытащить всё, что хранится в голове у почётного пенсионера Ордена – магистра Йоды.

Какое совпадение. Мне тоже.

-…а у него там хранится немало, уверен… - Валорум вздохнул, затем встряхнулся и переключился на сугубую реальность. – Действительно, я тоже считаю, что Орден знал, что покупает себе жизнь. И их так называемое служение Республике – блеф от начала и конца. Они всего лишь выторговывают себе жизнь… для чего? Вот что больше всего заботило нас, государство.

Палпатин восхитился. Нас, государство. Вас, династию Валорумов. И ведь это не поза. Так действительно есть.

-Мы вынуждены были пойти с одарёнными на сделку, - деловито продолжал канцлер. – Если бы мы попытались уничтожить джедаев сразу после того, как они уничтожили ситхов – мы бы получили новую войну, наиболее страшную. Войну на уничтожение, потому что наш противник знал, что терять ему нечего. А ещё бы он нас ненавидел. Так что мы позволили им жить. Тем более что они стали неплохим дополнением к существующим тогда разномастным армиям. Личной армией государства.

-Гвардия Сената, - негромко произнёс Палпатин.

-Да. Теперь это так называют, - Валорум помолчал. Потом вздохнул. – К несчастью, обстановка сложилась так, что на протяжении столетий Орден был единственной армией Сената. Конфедерация. Любая армия, если и была, тут же начинала принадлежать своему сектору. Центральная власть оставалась ни с чем. Тем более что она была более чем фиктивной властью, - он пожал плечами, как человек, говорящий очевидную истину: дважды два равно четырём. – Центральный сектор занял главенствующее положение из-за своей экономической и политической сплочённости. Люди объединились, грубо говоря, и выиграли тот раунд. На пост Верховного канцлера избирались только люди. И эти люди обладали силой, которой больше не было в галактике.

Всё было бы хорошо. Но держать в клетке живой огонь невозможно. Он когда-нибудь спалит дом.

Приходилось терпеть и принимать меры противопожарной безопасности, - Валоруму нравилось, как человек его слушал. Внимательно, со скрытым, но глубоким интересом. Не наигранным. Канцлер знал, что лучший союз тот, который построен на добровольном совпадении интересов. – Потому что не было альтернативы. Теперь она появилась.

Он сделал эффектную паузу. И увидел, что Палпатин улыбается.

-Считайте, что вы сумели впечатлить меня, ваша светлость, - сказал сенатор от Набу. – И я с огромным вниманием жду продолжения.

Канцлеру стало невероятно легко. А не это ли тот самый, долго жданный им союзник? Тот, с которым можно было бы работать в паре и понимать друг друга с полувзгляда? С которым можно достичь таких вершин…

Впрочем, посмотрим, посмотрим.

-Я уже говорил, что галактика теперь не конфедерация. Не разрозненный набор секторов и планет. Она объединяется не по принципу защиты от тотальной войны. Мы доросли до крепких внутренних экономических и прочих связей. Центральный сектор – одно из мощнейших таких образований, - он подумал, сложил ладони лодочкой, развёл их. – Под центральным сектором я подразумеваю все союзные нам политически и все подвластные экономически территории, - пояснил он.

-Та же Торговая федерация, - сказал Палпатин.

-Да. Та же Торговая федерация, - кивнул Валорум. – В неё ведь входят люди. Тот же Куат. А остальные концентрируют своё внимание исключительно на неймодианцах, - он хмыкнул и пожал плечами. – Главное – расставить акценты. Так вот. Мы – мы, центральный сектор – обладаем сейчас достаточными силами и возможностями, чтобы создать настоящую регулярную армию и флот. Настоящую. Которая полностью возьмёт на себя все обязанности джедаев. И таким образом, сделает их существование не нужным.

-Это прекрасный план, ваше сиятельство, - ответил Палпатин. – Дело за малым: суметь создать эту армию. В обход Сената. В который сейчас входит множество представителей не-центральных секторов. И не-людей. Или вы надеетесь, что остальные поддержат такое усиление Центра?

-Конечно, нет, - Валорум улыбнулся. Улыбка была деловой. – Возникла экономическая возможность – но мешает политика. Однако мы нашли способ её немножко обойти. На первом этапе.

Он выжидательно посмотрел на Палпатина.

-Присоединяется ли Набу к Центру? – прямо выговорил вопрос Палпатин.

-Да. Это означает долю финансирования в проекте. Это означает риск в случае неудачи. Но это означает и вхождение в число правящей верхушки в случае нашей победы.

Палпатин смотрел на него спокойно.

-Как я понимаю, этот план был вынашиваем долго, и принадлежит не только вам?

-Да, - ответил Валорум с той же интонацией. – Именно, сенатор. Честно говоря, для вас самого уже и выбора-то нет. Вы уже стали нашим союзником. После того, как я вам всё это сказал. Теперь любой ваш шаг против нас будет истолкован однозначно.

-Я понимаю.

-Очень хорошо, - жёстко кивнул Валорум. – Думаю, вы знаете, что такие союзы не держатся на нежной привязанности друг к другу.

Палпатин только кивнул.

-Каково ваше положение на политической карте Набу? – спросил Валорум. – У вас как раз прошли новые выборы королевы…

-И она уже успела вытребовать меня к себе, - усмехнулся Палпатин.

Валорум приподнял брови.

-Не означает ли это, сенатор…

-Это означает, что на этот раз в королевы прошла немного слишком живая для этой должности девчонка, - сказал Палпатин. – Ещё там присутствует её бабка, которая её натаскала. Но карьера этой почтенной женщины давно уже закончена. Остаётся весьма импульсивная юная королева. Которая призвала меня для того, чтобы я помог ей разобраться в большой политике. С целью наилучшего несения в мир политики её идеалов. Я бы сам напросился на встречу, господин канцлер, - откровенно сказал Палпатин. – Особенно после нашей встречи. Сенатор – всего лишь представитель, а политика Набу вершится правительством Набу… во главе с юной королевой. Иногда сочетание: опытные советники – импульсивная королева – бывают очень выгодна с точки зрения удачной комбинации. Вы не поверите, но у нас на Набу порой встречаешь таких традиционалистов… Особенно из тех советников, которые находятся при череде королев долгие годы.

-Понятно, - канцлер улыбался. – Значит, вы оставите нас на время, сенатор.

-Возможно, теперь не без пользы не только для себя, но и для государства в целом? Ваше сиятельство, вы бы не хотели через меня передать какие-нибудь пожелания юной королеве? Поздравления, советы в большой политике? Она ведь хочет в ней разобраться, - добавил Палпатин серьёзно.

-Очень неплохая идея, - кивнул канцлер. – Безусловно, я передам через вас её величеству самые тёплые мои поздравления.

Он замолчал и задумался. Палпатин его не торопил.

-Сенатор, - Валорум поднял голову. – Линия джедаев. Пока что веду её только я один. Наша династия столетиями налаживала контакт с Орденом. Пыталась действовать так, чтобы завоевать его доверие. Мы знаем его. Мы его не опасаемся. Мы знаем манеру действовать с такими, как они. Все остальные наши союзники при том, что они весьма ценны во всём прочем, совершено бесполезны в джедайском деле. Они или боятся их или не понимают. Я ошибаюсь – или вы не испытываете по отношению к ним паранойи и вполне способны разобраться в том, как надо с ними действовать?

-Я действительно не параноик, - ответил Палпатин. – И джедаи для меня не являются мистической загадкой. Я изучал Орден социологически. Как религиозное объединение. Я вообще старался разобраться в структуре политического мира, в который вступаю.

-Мне нужен помощник, - прямо сказал Валрум. – Помощник по линии джедаев. Конечно, не для того, чтобы контактировать с ними лично, - Палпатин на это согласно кивнул, но канцлер счёл нужным пояснить: - Будет странно, если некий сенатор от Набу вдруг проявит к Ордену повышенный интерес. Как от своего имени, так и от имени канцлера. Валорумы-то на протяжении всех столетий общались с ним. Посредники. Как смогли заключить договор – так и остались. Мне нужен человек, который помог бы мне обмануть на время Орден джедаев точно так же, как я намереваюсь обвести вокруг любого аналога пальца на конечности Сенат. Понимаете? Нам надо выиграть время, пока…

-Считайте, что вы нашли такого человека.


  Карта сайта | Медиа  Статьи | Арт | Фикшен | Ссылки | Клуб | Форум | Наши миры

DeadMorozz © was here ™